 |
В общем коллегия адвокатов одобряет включение Буцефала в наше сословие. С редким пониманием люди говорят себе, что Буцефалу трудно при нынешних ..
Франц Кафка (Franz Kafka)
«Новый адвокат (пер.Р.Галперина)»
Сейчас Королек рысцой бежит за нами. Три часа спустя мы снова в кухне - чистим пекановые орехи. Мы набрали их полную коляску. У нас спины ломит, так прилежно мы их собирали...
Трумэн Капоте (Truman Capote)
«Воспоминания об одном рождестве»
Одновременно набрало силу Движение за мир, символу которого — голубке мира Пикассо — удалось убедить миллионы простодушных людей в том, что единст..
Кестлер Артур (Artur Koestler)
«Призрак грядущего»
Смотрите также:
О Конраде (энциклопедическая статья)
Джозеф Конрад. Сердце тьмы и другие повести
Джозеф Конрад. краткая летопись жизни и творчества
Стефан Жеромский.Джозеф Конрад.Эссе
Форд М. Форд.Конрад и море.Эссе
Бертран Рассел.Джозеф Конрад.Эссе
Мария Кунцевич.Открытие Патюзана.Эссе
Вы читаете «Тайфун», страница 10 (прочитано 16%)
«Аванпост прогресса», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«География и некоторые исследователи», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Ги де Мопассан», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дуэль», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Зверюга», закладка на странице 10 (прочитано 64%)
«Зеркало морей», закладка на странице 10 (прочитано 8%)
«Караин воспоминание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Лорд Джим», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Письма», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
- Битых два
часа! Я вас не браню. Я видел, люди на берегу занимаются этим по целым
дням, а вечером сидят, пьют и опять говорят. Должно быть, повторяют все
снова и снова одно и то же. Не понимаю". Слыхал ты что-нибудь подобное? А
вид у него был такой терпеливый. Мне даже жалко его стало. Но иногда он
раздражает. Конечно, никто не стал бы его злить, даже если бы и имело
смысл это делать. Но в том-то и штука, что смысла нет. Он так удивительно
наивен! Если бы тебе пришло в голову показать ему нос, он совершенно
серьезно недоумевал бы, что такое с тобой случилось. Как-то он сказал мне
очень простодушно, что ему трудно понять, почему люди всегда поступают так
странно. Он слишком туп, чтобы размышлять, и в этом-то вся суть".
Так, изливая свои чувства и отдаваясь полету фантазии, писал мистер
Джакс своему приятелю, плавающему на торговых судах Атлантики.
Это было его искреннее мнение. Не имело смысла как-либо воздействовать
на такого человека. Если бы на белом свете было много таких людей, жизнь
показалась бы Джаксу незанимательной и ничего не стоящей. Не он один
придерживался такого мнения о капитане. Даже море, словно разделяя
добродушную снисходительность мистера Джакса, никогда не пугало этого
молчаливого человека, редко поднимающего глаза и невинно странствующего по
водам с единственной целью добыть пропитание, одежду и кров для трех
человек, оставшихся на суше. Конечно, он был знаком с непогодой. Ему
случалось и мокнуть, и уставать, терпеть невзгоды, но он тотчас же об этом
забывал. Потому-то он и имел основания в своих письмах домой неизменно
сообщать о хорошей погоде. Но ни разу еще не довелось ему увидеть
непомерную силу и безудержный гнев, - гнев, который истощается, но никогда
не утихает, гнев и ярость неуемного моря. Он знал о нем подобно тому, как
все мы знаем, что существуют на свете преступление и подлость. Он слыхал
об этом, как слышит мирный горожанин о битвах, голоде и наводнениях - и,
однако, не понимает значения этих событий, хотя, конечно, ему приходилось
вмешиваться в уличную драку, оставаться иной раз без обеда или вымокнуть
до костей под ливнем. Капитан Мак-Вир плавал по морям так же, как
некоторые люди скользят по поверхности жизни, чтобы затем осторожно
опуститься в мирную могилу; жизнь до конца остается для них неведомой; им
ни разу не открылись ее вероломство, жестокость и ужас. И на суше и на
море встречаются такие люди, счастливые... или забытые судьбой и морем.
2
Следя за упорным падением барометра, капитан Мак-Вир думал: "Видно,
быть скверной погоде". Мысль его выразилась именно в такой форме.
Неблагоприятную погоду он знал по опыту, а определение "скверная"
применялось к погоде, причиняющей моряку умеренные неудобства.
Страницы: (56) : << ... 234567891011121314151617 ... >>
Тем временем:
... "Виндзор" построен в 1910 году, и его белый фасад
напоминает пирожное-безе, так же, как фасады "Рула" или "Негреско" в
Ницце. "Эрмитаж", цвета охры, мрачнее и величественнее. Он как
брат-близнец похож на отель "Руаяль" в Довиле. Неужели там теперь
действительно сдают квартиры внаем? Ни одно окно не освещено. Нужно
набраться смелости и, миновав темный вестибюль, обойти весь дом, чтобы
наконец убедиться в том, что здесь никто не живет.
"Альгамбру" снесли. От окружавших ее садов не осталось и следа. Здесь
определенно собирались построить гостиницу в новом вкусе. Мгновенно
вспоминаю: летом сады вокруг "Эрмитажа", "Виндзора" и "Альгамбры" были
словно Потерянный Рай или Земля Обетованная, какими мы их себе
представляем. Но в каком же из них цвело столько георгинов под
балюстрадой, облокотившись на которую мы смотрели вниз, на озеро? Неважно.
Мы последними застали те времена.
Поздний зимний вечер. По ту сторону озера едва различимые огни
Швейцарии. От пышной растительности бульвара Карабасель осталось несколько
сухих деревьев и чахлый кустарник. "Виндзор" и "Эрмитаж" стоят черные,
будто обгорелые. Великолепный курорт с разноязыкой толпой превратился в
обычный городишко такого-то департамента отдаленной французской провинции.
Нотариус и супрефект играют в бридж в пустом казино. С ними вместе играют
мадам Пиго, владелица парикмахерской, сорокалетняя блондинка, благоухающая
духами "Шокинг", Фурнье-младший, чье семейство имеет три трикотажные
фабрики в Фаверже, и Сервоз, владелец фармацевтических лабораторий в
Шамбери, великолепный игрок в гольф. Ходят слухи, что мадам Сервоз, жгучая
брюнетка в отличие от мадам Пиго, томной блондинки, все катается на своем
BMW в Женеву и обратно. Она охотница до молодых людей, и ее не раз видели
вместе с Пемпином Лаворелем. Можно привести еще тысячу таких же пошлых и
скучных подробностей из повседневной жизни городка, потому что люди и
нравы совершенно не переменились за эти двенадцать лет...
