 |
., ну, что то вроде этого, во всяком случае. Миссис Бантри раздраженно поднялась и отодвинула штору. Комнату залил яркий свет осеннего солнечного утра...
Агата Кристи
«Труп в библиотеке»
Six months ago, his testicles were removed. Then hormone therapy. He developed bitch tits because his testosterone was too high and his body upped the estrogen. That was where my h..
Чак Паланик (Charles Michael Palahniuk)
«Сценарий фильма Бойцовый клуб»
- С трех часов ночи шестнадцатого века, - сказал генерал глухим от бессонницы голосом. И задумчиво добавил: - Я не слышал петухов. - Здесь нет петухов, - сказал Хосе Паласиос...
Габриель Гарсия Маркес (Gabriel Garcia Marquez)
«Генерал в своем лабиринте»
Смотрите также:
Джозеф Конрад. краткая летопись жизни и творчества
Джозеф Конрад. Сердце тьмы и другие повести
Джозеф Конрад-наш земляк (статья на украинском)
Карен Хьюитт.Джозеф Конрадпроблема двойственности
Форд М. Форд.Конрад и море.Эссе
Стефан Жеромский.Джозеф Конрад.Эссе
Бертран Рассел.Джозеф Конрад.Эссе
Мария Кунцевич.Открытие Патюзана.Эссе
Вы читаете «Дуэль», страница 1 (прочитано 0%)
«Аванпост прогресса», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«География и некоторые исследователи», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Ги де Мопассан», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Перевод: М.П.Богословская
Глава I
Наполеон Первый, чья карьера очень похожа на поединок, в котором он
выступал один против целой Европы, терпеть не мог дуэлей между офицерами
своей армии. Воинственный император отнюдь не был головорезом и мало питал
уважения к традициям.
Однако история одной дуэли, ставшей легендой армии, входит в эпос
собственных его величества войн. Вызывая восхищенное изумление своих
товарищей, два офицера, уподобившись безумным живописцам, пытающимся
позолотить чистейшее золото или расписать красками живую лилию, упорно вели
свой поединок на протяжении всех этих долгих лет всемирной бойни. Оба они
были кавалеристы, и эта связь их с пылким, своенравным животным, которое
несет человека в битву, кажется нам здесь чрезвычайно уместной. Трудно было
бы представить себе героями этой повести пехотных офицеров, чье воображение
укрощено долгими пешими переходами, а доблести в силу этого отличаются
несколько более тяжеловесным характером. Что же касается артиллеристов или
саперов, головы которых постоянно охлаждаются сухой математической диэтой,
то для них это уже совершенно немыслимо.
Звали этих офицеров Феро и д'Юбер. Оба они были лейтенанты, гусары; но
служили в разных полках.
Феро нес строевую службу, а лейтенанту д'Юберу посчастливилось
оказаться лично при особе дивизионного генерала в качестве офицера для
поручений. Дело было в Страсбурге, и в этом оживленном крупном гарнизоне
они, как и все, спешили насладиться кратким промежутком мира. Они
наслаждались им, будучи настроены оба весьма воинственно, ибо это был такой
мир, когда точат шпаги и чистят ружья, желанный для сердца воина и не
роняющий военного престижа, тем более что ни одна душа не верила ни в
искренность этого мира, ни в его продолжительность.
Вот при таких-то исторических обстоятельствах, столь благоприятных для
должной оценки того, что называется военным досугом, в один прекрасный день
после полудня лейтенант д'Юбер шествовал по тихой уличке мирного предместья,
направляясь к лейтенанту Феро, который квартировал в домике, выходившем в
сад и принадлежавшем некой престарелой деве.
На его стук дверь немедленно открыли, и из нее выглянула молоденькая
девушка в эльзасском костюме. Ее свежий вид и длинные ресницы, стыдливо
опустившиеся перед статным офицером, заставили лейтенанта д'Юбера, человека
в высшей степени восприимчивого к впечатлениям эстетического порядка,
смягчить холодную, строгую суровость, которая была написана на его лице. Он
тут же заметил, что на руке у нее висела пара синих гусарских с красным
кантом рейтуз.
-- Дома лейтенант Феро? -- вежливо осведомился он.
-- Ах нет, сударь, он ушел утром в шесть часов. Хорошенькая девушка
попыталась было закрыть дверь, но лейтенант д'Юбер с мягкой настойчивостью,
воспрепятствовал этому и вступил в переднюю, позванивая шпорами.
Страницы: (66) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
... Они указывали на то, как ловко
Смайли установил, кто по поручению Карлы осуществлял выплаты во Вьентьяне,
как сумел многое узнать у родителей девушки; как ему удалось уломать,
несмотря на их явное нежелание, людей с Уайтхолла (Уайтхолл - улица в
центральной части Лондона, на которой находятся министерства и
правительственные учреждения; в переносном значении - английское
правительство. - З д е с ь и д а л е е п р и м е ч. п е р.), от которых
зависело дать добро или запретить операцию Секретной службы, выделить на нее
деньги и установить, как далеко может заходить Цирк при ее проведении. Но
больше всего внимание реалистов привлекал тот потрясающий момент, когда
Смайли развернул операцию на сто восемьдесят градусов. Для этих
профессионалов "дело Дельфина" представлялось ничем иным, как победой,
одержанной благодаря тактическому превосходству. Они считали вынужденный
союз с Кузенами всего лишь еще одним умелым ходом в долгой и непростой игре
- когда каждый пытается перехитрить партнера. Что же до конечного
результата, то им на него было наплевать. Король умер, да здравствует
король!
Эти споры снова и снова вспыхивают везде, где бы ни встретились старые
друзья-соратники. Однако имя Джерри Уэстерби, что вполне понятно, при этом
почти не упоминают. Надо признать, иногда случается, что какая-нибудь
безрассудная головушка вспоминает о нем - либо из сентиментальности, либо
просто упустив из виду, что здесь это не принято, - и на мгновение возникает
какое-то странное ощущение, но оно быстро проходит. Например, совсем недавно
молодой стажер, только что закончивший пережившее реформы учебное заведение
Цирка в Саррате ("ясли" на профессиональном жаргоне), произнес его в баре,
где обычно собираются молодые - до тридцати - сотрудники...
